Главная » ИНВЕСТИЦИИ » Baring Vostok — дело тонкое
Опубликовано: 18 января 2021

Baring Vostok — дело тонкое

Baring Vostok — дело тонкое. Что привело к аресту Майкла Калви, и чем это может кончиться

Арест руководителей инвестиционной компании Baring Vostok стал важнейшей новостью для российского бизнеса в начавшемся году. По иронии судьбы, новость о задержании главы одного из крупнейших инвестиционных фондов в России поступила во время Российского инвестиционного форума в Сочи. Реакция на нее последовала мгновенно: о чистой репутации основателя Baring Vostok Майкла Калви стали по очереди высказываться главные люди в российской деловой среде — глава «Сбербанка» Герман Греф, глава «Роснано» Анатолий Чубайс, глава «Яндекса» Аркадий Волож и даже пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков. Представители венчурной индустрии хватались за голову и предсказывали бегство иностранного капитала с российского рынка. За разговорами о политической подоплёке дела в тени осталась его суть. Inc. выяснил, что известно о деле Baring Vostok на данный момент.

Что произошло

В пятницу, 15 февраля, в Москве задержали главу инвестиционной компании Baring Vostok Майкла Калви, еще троих сотрудников Baring Vostok — Вагана Абгаряна, Филиппа Дельпаля и Ивана Зюзина, а также советника предправления «Норвик банка» Алексея Кордичева и гендиректора «Первого коллекторского бюро» Максима Владимирова. В этот же день арестовали всех задержанных, кроме Калви, срок задержания которого продлили до субботы. Однако в субботу его, как и остальных, отправили под арест на 2 месяца — до 13 апреля.

Версия следствия

Подконтрольная Калви компания «Первое коллекторское бюро» задолжала 2,5 млрд руб. банку «Восточный», одним из бенефициаров которого также являлся Калви.

Калви подговорил других акционеров банка «Восточный» — Зюзина, Дельпаля, Абгаряна, Кордичева и Владимирова — урегулировать долг на заведомо невыгодных для банка условиях.

В начале 2017 года на собрании акционеров «Восточного» было решено принять в качестве отступных по долгу 59,9% люксембургской компании International financial technology group (IFTG), также подконтрольной Калви.

Чтобы принять такое решение, фигуранты дела ввели в заблуждение члена совета директоров «Восточного» Шерзода Юсупова (он написал заявление о мошенничестве и дал показания) и объявили об оценке пакета акций в 3 млрд руб., в то время как его рыночная стоимость не превышала 600 тыс. руб.

Что не так с версией следствия

На суде в пятницу следователь заявил, что в 600 тыс. руб. пакет акций IFTG оценила PwC. Однако на суде в субботу позиция следователя изменилась: оказалось, что оценку проводила «некая кипрская компания», пишет «Коммерсант».

Из отчётности IFTG в люксембургском корпоративном реестре следует, что на конец 2016 года чистые активы компании составляли $37 млн (2,24 млрд руб. по курсу ЦБ на 31 декабря 2016 года), чистая прибыль до уплаты налогов — $22,7 млн, свободные наличные средства — $4,8 млн. «В отчетности за 2016 год приводятся существенные факты, которые произошли после 31 декабря 2016 года. В них нет того, что могло бы свидетельствовать о резком ухудшении финансового состояния компании», — пишут «Открытые медиа». Отчетность прошла проверку аудиторской компании KPMG и была признана аккуратной и состоятельной.

Как утверждают в Baring Vostok, Калви, вопреки заявлениям следствия, никогда не являлся бенефициаром банка «Восточный» и «Первого коллекторского бюро». Эти компании — портфельные инвестиции фондов Baring Vostok, но сам Калви «никогда не был прямым или косвенным владельцем их акций». Однако в «Списке лиц, под контролем либо значительным влиянием которых находится кредитная организация» (то есть банк «Восточный»), размещённом на сайте ЦБ, среди «Лиц, являющихся конечными собственниками акционеров (участников) кредитной организации, а также лиц, под контролем либо значительным влиянием которых находится кредитная организация» указан Майкл Джон Калви.

Версия Калви

На суде в пятницу, 15 февраля, Калви заявил, что реальная стоимость бумаг IFTG — 2-3 млрд руб., а не 600 тыс. руб, как считает следствие. При этом у Юсупова, по словам Калви, был доступ ко всему массиву документов, имеющих отношение к сделке, и он не мог быть введен в заблуждение. По его мнению, Юсупов написал заявление о мошенничестве в связи с корпоративным конфликтом Калви и Baring Vostok — с одной стороны, и председателя совета директоров «Восточного» Артёма Аветисяна (партнёром которого является Юсупов) — с другой.

Чем известен Артём Аветисян?

Контролирующий акционер «Модульбанка»;

Возглавляет направление «Новый бизнес» в Агентстве стратегических инициатив (АСИ). На этом посту отчитывается об устранении административных барьеров для бизнеса, поддержке активных, талантливых и перспективных предпринимателей, а также о продвижении проектов в несырьевом секторе;

Руководит некоммерческим партнёрством «Клуб лидеров», которое предлагает меры по улучшению инвестклимата в РФ;

В 2016 году предлагал создать опорный банк для кредитования малого и среднего бизнеса на базе «Юниаструма» и «Восточного», а также банков «Кредит Европа» и «МСП Банк». Идею одобрил Путин, но до реализации дело так и не дошло;

Входит в Межведомственную рабочую группу по защите предпринимателей при Генпрокуратуре;

Входит в Общественный совет при ФСБ.

Связи Аветисяна

Сын Александра Волошина Илья входил в совет директоров банка «Региональный кредит», которым владел Аветисян (Forbes)

Советником Аветисяна был брат зампреда правительства Аркадия Дворковича Михаил (Forbes)

В 2009-2017 годах в оценочной компании «НЭО-центр», принадлежавшей Аветисяну, работал сын главы Сбербанка Германа Грефа Олег (Forbes)

У Аветисяна хорошие отношения с cыном секретаря Совбеза и бывшего главы ФСБ Николая Патрушева Дмитрием. Аветисян и Патрушев вместе несколько лет входили в наблюдательный совет Россельхозбанка (The Bell)

Аветисян приятельствует с помощником президента Андреем Белоусовым («Ведомости»)

Кто такой Шерзод Юсупов?

В 2017 году Forbes называл Шерзода Юсупова «ключевой фигурой во всех проектах Аветисяна»: он входил в совет директоров банка «Региональный кредит», курировал корпоративный блок «Юниаструма», а также занимал пост управляющего директора в инвестбанке Global Finance, который участвовал в сделках Аветисяна в «Юниаструме» и «Восточном». «У Юсупова, как и у Аветисяна, много статусных знакомых, он дружит и ведет совместные дела с детьми чиновников и бизнесменов», — сообщал Forbes.

Корпоративный спор Baring Vostok и Аветисяна

Конфликт между группами акционеров банка «Восточный» в настоящее время разрешается в Лондонском арбитраже (разбирательство началось в прошлом году). По данным «Контур.Фокус», контрольный пакет банка размером 51,6% принадлежит кипрской Evision Holding, связанной с фондами Baring Vostok. Артём Аветисян владеет 32,02% «Восточного» через компанию «Финвижн холдингс», а Шерзоду Юсупову принадлежит 4,8% банка. Юсупов и Аветисян владели ранее долями в «Юниаструме», причём Аветисян был его основным владельцем в период перед слиянием с «Восточным».

Спор идёт о 10 сделках, которые состоялись перед слиянием «Юниаструма» и «Восточного» (оно завершилось в январе 2017 года). По мнению Калви, эти сделки были фиктивными и Аветисян под их видом «вывел из подконтрольного ему банка значительные суммы». Baring Vostok готовилась к слиянию, и «мы не могли контролировать эти сделки», заявил Калви.

В суде Калви пояснил, что в 2018 году ЦБ по итогам проверки предписал «Восточному» досоздать дополнительные резервы более чем на 19 млрд руб., причем необходимость дорезервирования была на 85% связана с активами, ранее принадлежавшими «Юниаструму». Чтобы досоздать резервы, нужно было докапитализировать «Восточный» на 5 млрд руб. Планировалось, что средства будут внесены пропорционально долям владения. Но позднее, когда выяснилось, что у экс-акционеров «Юниаструма» не хватает денег, Baring Vostok выразил готовность внести в капитал всю сумму.

Калви считает, что у Юсупова было 2 мотива при подаче заявления — и оба связаны с конфликтом: 1) улучшить переговорную позицию и заставить Baring Vostok отказаться от требований в Лондоне; 2) уменьшить пропорцию размытия доли Аветисяна в «Восточном», которая была неизбежна в результате докапитализации.

Как сливались «Восточный» и «Юниаструм»

В 2008 году кипрский Bank of Cyprus купил банк «Юниаструм» за €450 млн. К 2014 году, по данным Forbes, актив оставался убыточным и киприоты продали его за €7 млн владельцу банка «Региональный кредит» (оттуда в «Юниаструм» перешла часть активов) Артёму Аветисяну.

Менее чем через год Аветисян заинтересовался зарегистрированным в Благовещенске банком «Восточный экспресс» (позднее переименован в «Восточный»), чей убыток в 2015 году составил 10,7 млрд руб. Контроль в банке принадлежал Baring Vostok: первую долю размером в 20% фонд приобрёл ещё в 2010 году.

Летом 2016 года «Юниаструм» выкупил допэмиссию «Восточного» за 1,5 млрд руб. и получил 25% в его капитале. В январе 2017 года «Восточный» отчитался о слиянии с «Юниаструмом». Качество капитала «Восточного» ухудшилось в результате слияния: агентство Fitch в ноябре 2017 года снизило рейтинг банка до дефолтного (CCC).

Позиция Юсупова

Юсупов отрицает, что не мог быть введен в заблуждение относительно параметров сделки по приобретению пакета акций IFTG (об этом говорил Калви), и утверждает, что не участвовал в переговорах. Он обращает внимание на ограничения в уставе IFTG, касающиеся дивидендов и любых выплат при ликвидации компании, — они, по его словам, не превышают нескольких тысяч долларов. «Эти ограничения упоминались только в уставе компании, который не фигурировал в пакете документов, вынесенном на согласования по этой сделке. Это обстоятельство выяснилось только благодаря внимательности аудиторов [банка «Восточный» – компании PwC]… После этого нам потребовалось время на проведение внутреннего расследования департаментом внутреннего аудита «Восточного», получение юридического заключения от люксембургских юристов. Я подал заявление тогда, когда получил полный объем информации, не оставляющей сомнений», — цитируют Юсупова «Ведомости».

На заседании суда Калви признавал существование этих ограничений и рассказывал, что в момент сделки на них просто не обратили внимание, а позднее убрали. По словам Калви, в новом уставе этих ограничений нет, и поэтому IFTG не может стоить 600 тыс. руб.

Что всё это значит?

управляющий партнёр The Untitled ventures

Это нонсенс, когда во время существующих арбитражных разбирательств приходят правоохранительные органы и начинают сами квалифицировать преступления. Эта ситуация институционально возмутительная. Сегодня одни фамилии, а завтра другие. В этом случае мы предполагаем, что, наверно, Калви более хороший, чем Аветисян, но в следующий раз может быть и наоборот. Главное, если есть действующий арбитражный процесс, то правоохранительные органы не должны ничего квалифицировать до вынесения судом вердикта. Это злоупотребление публичным правом.

Самая ужасная проблема именно в этом, потому что суд хотя бы теоретически обладает квалификацией, необходимой для рассмотрения подобных взаимоотношений, а следователь — не обладает даже теоретически. То, что в области частного права — решение совета директоров, в области уголовного права — организованная группа лиц.

Формально они могут исходить из того, что, поскольку внутреннего арбитража нет — значит, его и вообще нет. Но это довольно глупая отговорка. Кроме того, как я понимаю, они и внутренние арбитражи предваряют легко.

Я оптимист, и мне кажется, что противной стороне сейчас укажут, что она не права. А в какой степени это будет реализовано — сказать сложно. У нас часто так бывает — на примере с Белых хорошо видно: противной стороне указали, что она не права, — но Белых продолжает сидеть (в феврале 2018 года губернатора Кировской области Никиту Белых обвинили в получении взяток и приговорили к 8 годам колонии строгого режима, а также штрафу в размере 48,2 млн рублей. — Inc.). Поэтому есть варианты. Самый оптимистичный вариант, что за 2 месяца все как-то договорятся. Но это не значит, что этот случай не воспроизведется в другом контексте и с другими фамилиями.

управляющий партнёр коллегии адвокатов «Железников и партнёры»

Согласно статье 108 УПК, запрещено помещать в СИЗО лиц, которые вовлечены в разбирательства по экономическим статьям. Но по самой частой 159 статье (мошенничество) — следствие говорит, что это не экономическая, не предпринимательская деятельность. Как будто цыгане золото подменили на вокзале — примерно так к этому относятся. Это и называется волюнтаризм уголовного закона.

Верховный суд говорит: «Не сажайте предпринимателей!» Касательно экономических споров, стороны, вовлеченные в правонарушения, не подлежат задержанию, аресту, помещению в СИЗО. Но они всё равно туда помещаются. Просто есть определенное правоприменение, которое, например, устанавливается в Москве — совершенно не Верховным судом.

Это мера воздействия: человек, помещенный в изолятор, находится в позиции, когда условием его выхода оттуда является дача признательных показаний и возмещение ущерба. Следственный изолятор — такое место, откуда хочется выйти любой ценой, если есть возможность. Не все люди Че Гевары — и многие идут на такие шаги, и они автоматически признаются виновными. На суде у них уже не будет возможности отозвать свои показания, подтверждающие их вину. Если они будут отрицать свою вину, то будут долго находиться в СИЗО, а их имущество будет арестовано в обеспечение штрафных санкций и исковых требований потерпевших.

К сожалению, следственными органами закон у нас должно не исполняется и не контролируется судами. У нас судят на глазок. Сейчас ситуация немного исправляется: изредка мелькают оправдательные приговоры и прекращение уголовных дел. Но это очень непопулярно, потому что это порождает большие неприятности для следователей и судей: для них это ЧП, считается, что это брак в их работе.

Все за сегодня

Политика

Экономика

Наука

Война и ВПК

Общество

  • Культура
  • История
  • Религия
  • Спорт
  • Россия глазами иностранцев

ИноБлоги

Подкасты

Мультимедиа

  • Фото
  • Инфографика
  • ИноВидео
  • ИноАудио

Общество

Рассмотрение ходатайства следствия о продлении домашнего ареста М. Калви

bne IntelliNews, Германия © РИА Новости, Михаил Воскресенский | Перейти в фотобанк

IntelliNews (Германия): руководителям российского фонда Baring Vostok грозят годы заключения в СИЗО

Руководители фонда «Бэринг Восток» (Baring Vostok) — гражданин США Майкл Калви и гражданин Франции Филипп Дельпаль, задержанные по делу о мошенничестве, — перемещены под домашний арест, а трое их коллег из России могут провести годы в СИЗО, если их не выпустят на предстоящих слушаниях.

Самый известный в России управляющий фондом, гражданин США Майкл Калви, предстанет перед судом 29 октября, чтобы обжаловать продолжающийся досудебный домашний арест, в то время как трое россиян, которым предъявлены те же обвинения, будут обжаловать продолжительное содержание в СИЗО. Следователи сообщают, что им понадобится максимальный разрешенный законом срок — целый год — для расследования дела о мошенничестве, которое было спешно возбуждено после того, как другой акционер портфельной компании «Бэринг Восток» (BV), банка «Восточный», подал жалобу в Федеральную службу безопасности России в феврале этого года.

Четверо управляющих BV, а также один исполняющий обязанности директора и один бывший исполнительный директор портфельных компаний фонда были арестованы в феврале по обвинению в мошенничестве, сфабрикованному, по широко распространенному мнению, Артемом Аветисяном и Шерзодом Юсуповым, совладельцами банка «Восточный» (ранее известного как «Восточный экспресс банк»).

Калви и другой иностранный сотрудник BV, гражданин Франции Филипп Дельпаль, переведены под домашний арест. Однако если слушания пройдут не в пользу коллег по «Бэринг Восток», трое россиян, все еще содержащихся в предварительном заключении — Иван Зюзин, Ваган Абгарян и Максим Владимиров, — могут провести в СИЗО целый год в ожидании суда. Хотя все трое обвиняются в экономических преступлениях и должны быть освобождены под залог или взяты под домашний арест, российские власти держат их в условиях жесткого ограничения свободы и запрещают им видеться с членами семей и поддерживать с ними связь даже по телефону.

«Наши коллеги провели восемь месяцев в предварительном заключении по полностью сфабрикованным обвинениям, — сообщил «Бэринг Восток» в заявлении от 24 октября. —Следствие заявило о готовности к рассмотрению судом дела по существу до конца года. Это значит, что если суд высшей инстанции сейчас оставит Ивана, Вагана и Максима в СИЗО, то они, вполне возможно, будут содержаться там до конца процесса, который может тянуться годами».

Контекст

Избрание меры пресечения М. Калви и партнерам компании Baring Vostok

FT: выступая на ПМЭФ, Путин может облегчить судьбу Калви

Advance: арест Майкла Калви ставит вопрос о соотношении сил в России

Financial Times: сторонник инвестиций в Россию Майкл Калви споткнулся о политику

Le Figaro: Путин пытается успокоить французских предпринимателей

Не исключено, что эти слушания — последний шанс на освобождение судом российских граждан, так как люди, содержащиеся в следственных изоляторах до начала судебного разбирательства, часто остаются там до завершения судебного процесса.

Это дело серьезно подорвало инвестиционный имидж России, поскольку даже либеральная элита Кремля утверждает, что четырех управляющих BV и двух руководителей портфельных компаний изначально не следовало арестовывать, поскольку правовой спор с их российскими партнерами — явно коммерческий, а не уголовный.

«Это исключительно коммерческий спор, который должен был рассматриваться в арбитражных судах. Этот случай не является уголовным делом, и привлечение по уголовным статьям было преднамеренным», — заявил на недавнем инвестиционном круглом столе бизнес-омбудсмен Борис Титов, который активно призывает к освобождению Калви.

«Дело Восточного» восходит к злополучному решению BV о слиянии его портфельной компании, банка розничного кредитования «Восточный», с «Юниаструм банком» еще в 2016 году. Предполагалось, что это объединение поможет укрепить баланс «Восточного» в условиях кризиса розничного кредитования в России. Вместо этого BV быстро обнаружил, что новые партнеры скрыли значительные суммы непогашенных кредитов, выданных юридическим лицам, и за период от завершения юридической экспертизы до фактического законного слияния вывели из Юниаструма активы на миллиарды рублей.

BV утверждает, что фонд пытался урегулировать ситуацию полюбовно, но быстро стало ясно, что единственным способом решения проблемы была передача спора с новыми партнерами, Артемом Аветисяном и Шерзодом Юсуповым, в Лондонский международный арбитражный суд. С этого момента ситуация начала быстро ухудшаться, и менее чем через два года после слияния «Юниаструм банка» Аветисяна с банком «Восточный» шесть человек оказались под стражей по обвинению в мошенничестве, которое, по мнению BV, является абсолютно надуманным.

Про Аветисяна часто говорят, что у него есть связи в Кремле. Много лет он тщательно создавал образ человека, имеющего доступ к влиятельным лицам в администрации президента, включая, возможно, помощника президента Андрея Белоусова. Тем не менее многие задаются вопросом, насколько он влиятелен на самом деле, и подозревают, что Аветисян — не более чем «шестерка», делающая грязную работу за других.

У Аветисяна сомнительное прошлое. В 2011 году он проиграл дело, возбужденное против него компанией Nike: вместе с женой он был обвинен в выдаче поддельных банковских гарантий, которые бизнес его жены по продаже спортивных товаров использовал для покупки спортивной обуви на миллионы долларов, за которую он так и не заплатил.

Покровители Аветисяна, кажется, действительно имеют определенную власть: ФСБ инициировала уголовное расследование в отношении руководителей BV даже после того, как российское министерство внутренних дел отказалось возбуждать дело. Менее чем через две недели после того, как ФСБ получила жалобу от младшего партнера Аветисяна Шерзода Юсупова, службы безопасности спешно арестовали Калви и его коллег в день святого Валентина в начале этого года.

В своем заявлении «Бэринг Восток» сообщает: «До настоящего момента суды полностью игнорировали подкрепленные объективными доказательствами доводы об отсутствии оснований для возбуждения уголовного дела и незаконности содержания под стражей обвиняемых в экономических преступлениях. Путем явного обмана суды, прокуратура и следствие были втянуты в корпоративный конфликт, где наши нечистоплотные партнеры решали собственные коммерческие проблемы и добились своего, захватив контроль над банком. Цена этого захвата, к сожалению, — здоровье и бесценные годы жизни людей, чья вина не доказана, но при этом они разлучены со своими семьями и маленькими детьми. Парадоксально, но условия общения с семьей в нашем случае хуже, чем у преступников, чьи ужасающие насильственные деяния уже доказаны».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

https://incrussia.ru/understand/baring-vostok-delo-tonkoe-chto-privelo-k-arestu-majkla-kalvi-i-chem-eto-mozhet-konchitsya/
https://inosmi.ru/social/20191028/246122572.html

 

Оставить комментарий

X

Яндекс.Метрика